Джамиля Шах – дагестанская художница-график, чье творчество совершило неожиданный виток: от тонкой акварели и линогравюр она пришла к монументальному искусству мозаики, "рисуя" камнями. Ее работы, хранящиеся в ведущих музеях страны, от Кунсткамеры до Музея графики, теперь дополняются уникальными каменными панно, украшающими частные интерьеры и общественные пространства.

От бумаги к камню: эволюция мастера

Путь к мозаике начался спонтанно. Выпускница художественно-графического факультета в Махачкале, Шах долгое время отдавала предпочтение акварели и печатной графике (офорт, линогравюра). "Графика остается моей любовью, я продолжаю в ней работать, но мозаика всегда меня притягивала", – признается художница. Переезд в Москву в 2018 году стал катализатором: там она начала активно осваивать древнюю технику. Вернувшись в Дагестан через два года, Джамиля полностью погрузилась в мир мозаики, которой посвящает себя уже пять лет, сочетая заказы с авторскими проектами.

Герои и символы: от стариков до лабиринтов

Особое место в графическом наследии Шах занимают образы стариков. "Сестра шутит, что я художник стариков, – улыбается Джамиля. – Меня необъяснимо притягивают их лица, в них читается опыт целой жизни". В мозаике ее визуальный язык стал богаче: растительный орнамент, гранаты, айва, барсы, солярные знаки, мотивы Мавритании и даже копии древнеримских "райских садов". "Свои работы я создаю интуитивно, – поясняет художница. – Главное – визуальная гармония и удовольствие от процесса. Мозаика для меня – медитация".

Одной из знаковых авторских работ стал объемный лабиринт, выложенный из дагестанского ракушечника. "Мне хотелось использовать фактуру и разную высоту местного камня, – рассказывает Шах. – Работа была сложной и долгой, но я планирую продолжить серию с другими породами". Дагестанский камень – особая любовь художницы за его природные тона, фактурность и переливы. Хотя классическая римская техника ей близка, последние эксперименты ведутся в более свободной манере. "Весь процесс – от колки камня до монтажа – невероятно разнообразен", – отмечает она.

Цена искусства: труд, пыль и вдохновение

Мозаика – не только медитация, но и тяжелый физический труд. "Ты постоянно в облаках каменной пыли, – делится Шах. – Работать в маске и перчатках по технике безопасности необходимо, но это сложно при многочасовой работе". Постоянное напряжение сказывается на здоровье, требуя периодов отдыха после масштабных проектов. Однако художница не готова отказываться от полного цикла: "Мне нравятся все этапы, несмотря на сложности".

Специфика работы определила и географию ее жизни. "Мозаике нужны пространство и возможность шуметь, – объясняет Джамиля. – Поэтому я работаю в Дагестанских Огнях, в большом доме родителей. А для графики, встреч с друзьями и выставок приезжаю в Махачкалу. Нужна и изоляция, и возможность переключиться".

Признание и новые горизонты

Шах отмечает, что ценители понимают высокую стоимость ее работ, видя вложенные труд и время. "В моем окружении много понимающих людей искусства", – говорит она. Несмотря на испорченные за месяцы работы ("это был необходимый опыт"), художница уверена в своем мастерстве: "Я прошла путь, который позволяет браться за задачи любой сложности".

Сейчас Джамиля сосредоточена на авторских проектах, отойдя от копирования античных образцов. "Классика дала мне бесценные навыки, но теперь хочется создавать свое", – подчеркивает она. Ее мозаики можно увидеть в Каспийске (панно "Оливковое дерево" на фасаде Once Residence), а графические работы – в музеях Дагестана, Москвы, Санкт-Петербурга, Волгограда и Казани. Художница продолжает участвовать в выставках, доказывая, что камень в умелых руках становится выразительнейшим инструментом искусства.